Не думаю, что найдётся много людей, которые не знали бы неофициальный гимн чехословацкого народа в исполнении их прославленной звезды Ивана Младека, который сам так охарактеризовал эту песню. Именно для них я публикую её здесь также в виде видео, с транскрипцией и переводом.
|
Jedu takhle tábořit Škodou 100 na Oravu
[refrén 1]
Projížděl jsem dědinou cestou na Vizovice
[refrén 1]
Říkám: "Dej mi předsedo letadlo a prášek
[refrén 2] |
Я отправляюсь в поход на Шкоде 100 в Ораву
[припев 1]
Я проезжал через деревню по дороге в Визовице.
[припев 1]
Я сказал: «Дай мне, товарищ председатель, самолёт и порошок,
[припев 2] |
Песня является весьма чехословацкой в том смысле, что для жителей Праги далёкая Моравия, а тем более Словакия — с пограничным городком Визовице, где находится завод по производству сливовицы Rudolf Jelínek, — уже сама по себе таит возможность таких экзотических приключений. В чешский текст вплетаются моравские и словацкие, а также венгерские цыганские диалектные слова — например, lóvé («деньги»), — создавая ощущение, что история происходит где-то на краю известного мира.
Иван Младек рассказывал эту историю в нескольких интервью: осенью 1977 года они выступали в Злине — тогдашнем Готвальдове. После концерта в гостинице «Москва» к ним подошёл местный музыкант и шутник Зденек Навратил, известный под прозвищем Кнючик («Ворчун»), и предложил такое пари:
«Если напишешь песню о Йожине из болот, получишь бутыль сливовицы».
Младек принял пари.
Изначально Йожин был местным эксгибиционистом, который пугал работниц местной обувной фабрики. Именно Младек превратил его образ в провинциального болотного дракона, которого социалистический пражский Георгий Победоносец побеждает не святым копьём, а с помощью сельскохозяйственного самолёта.
Позже Младек рассказывал, что действительно получил бутыль визовицкой сливовицы. Более того, когда песня в 2000-е годы стала мемом по всей Центральной и Восточной Европе, он сам принёс Кнючику бутыль. А когда Metallica исполнила эту песню на своём пражском концерте в апреле 2018 года, Младек особо похвалил их чешское произношение.
Возможно, не случайно, что прекрасно иллюстрированная детская книга с названием Зов болота, напоминающим название песни, в Чески-Крумлове продаётся не на чешском языке (Volání bažin), а на словацком (Volanie močiara).
«Должны ли мы быть похожими на тех, кого мы любим?»
Эта история имеет совершенно иной тон, чем как песня Младека, так и недавно услышанная эстонская песня Зов болота. Здесь речь идёт о маленьком Йожине — в книге Борисе, — которого бездетные родители находят на краю болота с жабрами и чешуёй и с большой любовью воспитывают как собственного ребёнка. Но услышав зов болота, он возвращается туда, чтобы найти свои корни. В конце концов он понимает, что дом — это не там, где живут такие же существа, как ты, а там, где тебя любят и где ты можешь отвечать любовью.
«Когда его родители нашли его, у них не было детей. Они были очень несчастны, потому что врачи сказали им, что они не смогут иметь собственного ребёнка. Поэтому, когда однажды они увидели маленького ребёнка возле болота, им показалось, что они получили небесный дар. Они даже не заметили, что у мальчика были жабры, как у рыб [точнее, как у аксолотля], и не знали, оставил ли его кто-то или он потерял родителей. Всё это было неважно. Они нашли его и дали ему имя Борис».
«Борис рос и рос. Не имело значения, что его глаза были гораздо больше, чем у других детей. Он играл, ел и смеялся, как все остальные. Он научился кататься на велосипеде и лазить по деревьям, как его друзья. Он пошёл в школу и начал учиться полезным вещам, а также менее полезным».
«Шло время. Можно сказать, что это были счастливые годы, или по крайней мере не несчастливые».
«Однажды произошло нечто необычное. Поднялся ветер, и воздушный поток принёс с собой странный запах болота. Можно было бы подумать, что мальчик уже забыл этот запах и что он был ему незнаком. Но нет! Это был знакомый запах, глубоко спрятанный на дне его воспоминаний. Он происходил из тех времён, когда он был ещё маленьким. Запах болота — он вспомнил его.
Борис начал задумываться, что произошло бы, если бы тогда он остался в болоте.
– Мама, почему вы взяли меня к себе?
– Потому что мы любили тебя.
– Но почему вы не оставили меня там, где я был?
– Потому что это было опасно, ты мог погибнуть, – ответил его отец».
«В голове у маленького мальчика кружилось множество вопросов. Он был счастлив и благодарен за то, что у него было. Но эти мысли не давали ему покоя. Он не мог уснуть; среди ночи он просыпался с ощущением, что не может дышать. Он хотел пить. Он всегда очень хотел пить».
«Однажды утром Борис вышел из дома и отправился в путь. Он шёл и шёл, пока наконец не почувствовал, что его ноги стали мокрыми. Он понял, что пришёл к болоту. Туда его привёл знакомый запах».
«Борис был убеждён, что до этого момента он жил чужой жизнью. Жизнью, которая ему не принадлежала. В ней он был чужим. Ведь его миром было болото. Запах, которым он дышал, был чудесным запахом болота. Он должен был жить среди тех, у кого были такие же жабры, как у него.
Борис даже не подозревал, что может существовать кто-то похожий на него. Он понял, что в болоте живут многие такие же, как он: с жабрами и большими глазами. Прекрасным было открытие, что им нравятся те же самые вещи! Сладкой была радость, когда они смеялись вместе — таким смехом, какого Борис раньше никогда не знал. Да, он нашёл свою настоящую семью».
«Однако его родители не забыли о нём. Они часто приходили к болоту и оставляли для него послания, подвешивая их на деревья.
Но там не было написано:
Пожалуйста, возвращайся домой.
Послания гласили:
Если ты счастлив там, где ты есть, мы тоже счастливы.»
«Действительно ли те, кто похож на нас, такие же, как мы? Трудно сказать.
Прошло несколько дней, и Борис начал замечать различия между собой и теми, кто ещё недавно казался ему совершенно похожим на него. Они ели не то же самое, говорили другими словами. Даже их смех был каким-то другим.
Вдруг он почувствовал, что ему не хватает запаха дома. Но это был не запах приготовленной еды. Он почувствовал тоску по дому. Тоска по дому имела приятный запах и напоминала ему о счастливых мгновениях».
«Борис покинул и свою новую семью.
Он подумал: „Я другой, возможно, мне нужно жить одному. Поэтому я родился без семьи, поэтому у меня нет собственной семьи“. Погружённый в эти размышления, он опустился в воду болота и медленно пошёл по его дну, пока наконец полностью не исчез из виду».
«На дне болота Борис увидел множество бутылок. Казалось, что они пусты, но это было не так. В каждой бутылке был спрятан тонкий свёрток бумаги. На всех листках было написано:
Если ты счастлив там, где ты есть, мы тоже счастливы.»
«Должны ли мы быть похожими на тех, кого любим? Этот вопрос не давал Борису покоя. Он жужжал в его голове, как нахальная муха.
Его родители любили его, хотя у них не было жабр; для них не имело значения, похож ли он на них или нет.
Возможно, проще любить тех, кто хочет, чтобы мы их любили.
Размышляя об этом, Борис вышел к берегу болота. Вдруг он остановился и в последний раз вдохнул резкий запах болота.
Затем он отправился в сторону города».
Одним из важнейших мотивов сюрреалистических или магико-реалистических иллюстраций является послание в бутылке с заключённым внутри миром. Хотя иллюстратор не чех, а итальянец, этот мотив очень близок к той бутылочной почте, которую мы ранее видели в иллюстрациях Павла Чеха к книге Солёное море. Оба произведения выражают один и тот же основной опыт: бережно хранимый, но одновременно ощущаемый как замкнутый микрокосм, с теми же кодами центральноевропейской меланхолии и тем же наследием чешского сюрреализма — Яна Шванкмайера и Иржи Трнки, — которое также представляет Марко Сома. Мир, заключённый в бутылке, является универсальным памятником противоречивым, но глубоко знакомым чувствам тоски по иному месту и тоски по дому, любви и одиночества; и в этом художественном языке чешская культура исторически принадлежит к числу самых выразительных в мире.
Add comment